Позиция Сети по правам беженцев в связи с публикацией для общественного обсуждения
проекта частичных поправок к Закону о беженцах, подготовленного Министерством юстиции 12 декабря 2023 года
(Публикация Министерством юстиции для общественного обсуждения проекта частичных поправок к Закону о беженцах (난민법) : https://shorturl.at/fxEV2)
Сеть по правам беженцев в Корее (Korea Refugee Rights Network, KORIN) выражает серьёзную обеспокоенность тем, что опубликованный 12 декабря для общественного обсуждения Министерством юстиции (Ministry of Justice, MOJ) проект частичных поправок к Закону о беженцах 1) основан на ксенофобии и противоречит политике инклюзии, 2) вопреки утверждениям Министерства юстиции прямо противоречит международному праву и международным стандартам, включая Конвенцию о статусе беженцев, и 3) способствует ложному представлению у общества, будто среди беженцев есть «террористы» или «лица, вызывающие опасения в связи с терроризмом», и считает, что проект должен быть немедленно отозван.
Министерство юстиции подчёркивает, что стало первой страной в Азии, принявшей и применяющей закон о выполнении Конвенции о статусе беженцев, и представляет себя международному сообществу как государство, защищающее беженцев, однако обязательства, возложенные Конвенцией на государства-участники, до сих пор выполнялись недостаточно. В частности, согласно ст. 6 Конституции Конвенция о статусе беженцев имеет ту же силу, что и внутреннее законодательство, поэтому статус беженцев и других иностранцев должен гарантироваться так, как это установлено Конвенцией, то есть все «беженцы», как они определены Конвенцией, должны быть защищены независимо от предпочтений Министерства юстиции; несмотря на это, систему применяли так, будто при определении беженца может действовать усмотрение Министерства юстиции.
Конвенция о статусе беженцев строго определяет понятие беженца и обязывает государства-участники не высылать «беженцев» в соответствии с этим определением. Кроме того, чтобы государства-участники не могли произвольно ограничивать признание беженцем по соображениям общественного интереса и т. п. и чтобы защитить беженцев от злоупотребления такой системой, Конвенция содержит «положения об исключении» и строго их ограничивает. Согласно разделу F статьи 1 Конвенции о статусе беженцев, к категориям лиц, исключаемых из признания беженцем, относятся следующие.
F. Положения настоящей Конвенции не применяются к любому лицу, в отношении которого имеются серьёзные основания полагать, что:
(a) оно совершило преступление против мира, военное преступление или преступление против человечности, как они определены в международных документах, составленных для того, чтобы предусмотреть меры в отношении таких преступлений;
(b) оно совершило тяжкое неполитическое преступление за пределами страны убежища до того, как оно было допущено в эту страну в качестве беженца;
(c) оно виновно в совершении деяний, противоречащих целям и принципам Организации Объединённых Наций.
Однако проект поправок, опубликованный Министерством юстиции 12 декабря 2023 года для общественного обсуждения, стремится создать основания, позволяющие «не признавать беженцем», и имеет следующие проблемы.
1. Данный законопроект Министерства юстиции прямо противоречит международному праву.
Венская конвенция о праве международных договоров подчёркивает, что государство не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания невыполнения договора, и не позволяет уклоняться от международно-правовых обязательств, ссылаясь на новые положения внутреннего законодательства, принятые после заключения конвенции. Поэтому норма, которая позволяет Республике Корея, являющейся участником Конвенции о статусе беженцев, произвольно определять круг «беженцев», подлежащих защите по Конвенции, и расширять сферу уклонения от обязательства не высылать, нарушает международное право. Единственный способ оправдать её — выйти из Конвенции о статусе беженцев. Как сказано выше, Конвенция содержит «положение об исключении» в разделе F статьи 1, Конвенция уже имеет силу во внутреннем праве, а это положение включено и в ст. 19 корейского Закона о беженцах в качестве основания «ограничения признания беженцем». Однако проект поправок, опубликованный Министерством юстиции 12 декабря 2023 года для общественного обсуждения, выходит за рамки этого положения об исключении и стремится создать основание, позволяющее «не признавать беженцем» по произвольному усмотрению иммиграционных органов, что нарушает международное право, включая Конвенцию о статусе беженцев.
2. Согласно Конвенции о статусе беженцев процедура признания беженцем в Министерстве юстиции является лишь процедурой «подтверждения» статуса беженца, однако данный законопроект наделяет Министерство юстиции чрезмерным усмотрением.
То есть Министерство юстиции имеет лишь полномочие подтверждать в соответствии с Конвенцией статус заявителей, которые уже являются беженцами, и не совершает «правоустанавливающего акта», предоставляя по произвольному усмотрению статус беженца тем, кто беженцем не является. Поэтому создание правового основания, позволяющего не предоставлять статус беженца заявителю, который уже является беженцем, прямо противоречит системе и принципу защиты, заложенным в Конвенции о статусе беженцев.
3. Содержание данного законопроекта Министерства юстиции неясно, и очень велика вероятность, что он будет действовать во вред беженцам.
Министерство юстиции намерено использовать «государственную безопасность, поддержание порядка и общественное благо» как основание для отказа в признании беженцем и отмены статуса беженца. Из-за неясности нормы очень велика опасность, что она станет основанием для того, чтобы по усмотрению иммиграционных органов легко лишать статуса и высылать неугодных им беженцев. В пресс-релизе, опубликованном 12 декабря, Министерство юстиции процитировало слова министра Хан Дон Хуна (Han Dong-hoon) о том, что данный законопроект призван устранить проблему, состоящую в том, что в «действующем Законе о беженцах», в отличие от Конвенции о статусе беженцев и законов о беженцах основных стран, нет явного основания для исключения террористов, лиц, вызывающих опасения в связи с терроризмом, и т. п. из круга лиц, подлежащих защите как беженцы, и что «правового основания, чтобы не допустить признания беженцами террористов, лиц, вызывающих опасения в связи с терроризмом, и т. п., недостаточно». Понятие террориста, и особенно «лица, вызывающего опасения в связи с терроризмом», крайне расплывчато; неясно, какая организация считается «террористической» и до какой степени членство и деятельность подпадают под это определение, а значит, вопрос о признании беженцем может решаться произвольно, в зависимости от толкования спецслужб. На самом деле в некоторых странах, где демократия не утвердилась, оппозиционных политиков и организации, выступающие против правящей партии и властей, нередко преследуют, навешивая на них ярлыки «антигосударственных организаций» и «террористических организаций». Ещё несколько десятилетий назад такое часто происходило и в Корее, где не гарантировалась политическая свобода. Именно поэтому Конвенция о статусе беженцев содержит положения об исключении и строго определяет их основания.
4. Заявленная причина предложения, а именно защитить граждан и государство от беженцев — «лиц, вызывающих опасения в связи с терроризмом» или «наркопреступников», разжигает ненависть, основываясь на необоснованных предрассудках о беженцах.
Несмотря на строгие положения Конвенции о статусе беженцев, Министерство юстиции уже незаконно выносит решения о принудительной высылке даже в отношении признанных беженцев и содержит их в иммиграционных центрах временного содержания в течение длительного времени. Мало того, оно хочет изгонять беженцев, создав ещё и основание для лишения статуса беженца. При отсутствии каких-либо выявленных проблем «беспокойство граждан в связи с беженцами» следует преодолевать через информирование общества и активные разъяснения со стороны ответственного ведомства, но Министерство юстиции, продвигая изменение закона и при этом разжигая беспочвенную смутную тревогу, пренебрегает своей обязанностью улучшать восприятие беженцев. Только в прошлом месяце Комитет ООН по правам человека выразил обеспокоенность ростом числа высказываний ненависти в отношении мигрантов, просителей убежища и беженцев, в том числе со стороны политиков и публичных лиц, в офлайн- и онлайн-среде, и рекомендовал правительству Республики Корея прилагать усилия для улучшения восприятия. Если предвидятся опасения из-за правовой неопределённости, следует устранить их, конкретно прописав процедуры и условия и тем самым повысив предсказуемость решений. Однако, как показано выше, из-за несоответствия международному праву и расплывчатых формулировок проект поправок, скорее всего, создаст у общества негативное представление о беженцах и подорвёт общественное доверие к действующему Закону о беженцах и процедуре признания беженцем.
Сеть по правам беженцев в Корее (KORIN) ещё раз подчёркивает свою обеспокоенность проектом частичных поправок к Закону о беженцах, подготовленным Министерством юстиции, который основан на ксенофобии и противоречит международному праву, и настоятельно требует немедленно отозвать проект поправок.
구속노동자후원회, 국제민주연대, 난민인권네트워크 [TFC(The First Contact for Refugee) 공익법센터 어필, 공익변호사와 함께하는 동행, 공익사단법인 정, 공익인권법재단 공감, 공익인권센터 드림 (DREAM), 국제난민지원단체 피난처, 글로벌호프, 난민인권센터(NANCEN), 동두천난민공동체, 동작 FM, 민주사회를 위한 변호사모임 국제연대위원회, 사단법인 두루, 수원글로벌드림센터, 순천이주 민지원센터, 아시아의 친구들, 아시아평화를향한이주MAP, 이주여성을위한문화경제공동체 에코팜 므, 이주민지원공익센터 감동, 외국인이주노동자인권을위한모임, 의정부 EXODUS, 이주민센터 친 구, 천주교 제주교구 이주사목센터 나오미, 재단법인 동천, 재단법인 화우 공익재단, 제주평화인권 연구소 왓, 참여연대, 파주 EXODUS, 한국이주인권센터], 대경이주연대회의, 생명안전 시민넷, 외국 인이주노동운동협의회 [남양주시외국인복지센터, 모두를위한이주인권문화센터, 부천이주노동복지 센터, 서울외국인노동자센터, 순천이주민지원센터, 아산이주노동자센터, 아시아인권문화연대, 외국 인이주노동자인권을위한모임, 원불교서울외국인센터, 의정부EXODUS, 이주민센터동행, 인천외국인 노동자센터, 파주샬롬의집, 포천나눔의집이주민지원센터, (사)한국이주민건강협회희망의친구들, (사) 한국이주여성인권센터, 한삶의집, 함께하는공동체], 이주민법률지원센터 모모, 이주여성인권포럼, 인권운동사랑방, 천주교 의정부교구 이주사목위원회